Древнегреческий язык

Древнегреческий язык известен по памятникам с середины VII века до  христианской эры. Памятники древнегреческого языка сохранились в надписях (на  камне, бронзе, монетах, вазах и пр. с VIII—VII вв. до христианской эры) и в  рукописях [папирусах (с IV в. до христианской эры) и других более поздних  рукописях, большей частью X—XI века христианской эры]. Этот язык относится к  западной группе так называемых «индоевропейских языков». На нем говорили в самой Греции и на прилегающих  островах, а с основанием греческих колоний — в Малой Азии, на северном побережье  Черного моря, в южной Италии и на о. Сицилии.

Но  греческий язык не был первым и исключительным языком населения этих областей.  Греческие племена слились (приблизительно за 2 000 лет до христианской эры) с  высококультурным народом, исконным насельником этих областей, творцом так  называемой эгейской культуры, говорившим на другом, до сих пор нам неизвестном  языке, следы которого отыскивают в греческих географических названиях и в ряде  культурных терминов (названия вина, плодов и т. п.) не индоевропейского происхождения,  сохранившихся в греческом языке (см. Kretschmer P., Einleitung  in die Geschichte der griechischen Sprache, 1896; Mapp H., акад.,  Яфетический Кавказ и третий этнический элемент в созидании средиземноморской  культуры, Лейпциг, 1920, переизд. М., 1926 — сб. «По этапам развития  яфетической теории»).

Природные условия местности (горы, заливы, острова),  разобщавшие греческие племена (дорян, ионян и др.), способствовали раннему  расчленению греческого языка на диалекты, из которых важно назвать: дорические диалекты (ю. Пелопоннес, о. Крит, — древний памятник — «гортинские законы», —  колонии в Сицилии и др.); эолийские диалекты (лесбосский — на  о. Лесбосе — и др.) и ионико-аттическую группу: ионийский диалект (западный берег Малой Азии, о. Эвбея и др.) и наиболее известный  аттический диалект. Греческие народные диалекты сохранились как в форме записей  не литературных (надписей), так и в их преломлении в литературном языке. Ввиду  сравнительно малого значения нелитературного материала и огромной культурной  роли литературного греческого языка, в дальнейшем дается преимущественно  характеристика памятников второго рода. Древнейший памятник литературного греческого языка — поэмы Гомера — написан на ионийском диалекте, но со  значительной примесью эолийских элементов (отсюда вероятно, что поэмы сложились  в Малой Азии среди эолийцев, а потом были обработаны и расширены ионийцами).  Язык аристократического эпоса Гомера, наряду с особенностями словаря,  отличается и некоторыми архаизмами в области морфологии и синтаксиса. Торговые  и культурные связи М. Азии с Грецией содействовали большому распространению  гомеровского эпоса и огромному 750 влиянию его языка на язык  позднейшей лит-ры. Гомеровский яз. стал основным языком всего последующего  эпоса. Этим языком (с некоторыми примесями), например, писал свои поэмы беотиец Гезиод, а благодаря метрической форме,  заставлявшей удерживать определенные сочетания и диалектические формы слов,  гомеровский язык не только оказался устойчивым в эпосе, но и повлиял на  гекзаметрическую поэзию других жанров, отсюда — и на язык произведений, написанных  не гекзаметром, например, на язык лирики. Удержание гомеровского языка в эпосе  и дальнейшее культурное общение греков повлекло за собой общее явление: каждый  жанр стремился удержать тот диалект, на котором были созданы первые произведения  данного жанра.

В результате создавалась некоторая искусственность литературного  греческого языка в отличие от языка народной массы. Так хоровая лирика,  возникшая в Спарте, сохранила в своей основе (с некоторыми примесями)  дорический диалект и впоследствии у ионийца Симонида, у беотийца Пиндара. Отсюда понятен состав языка греческих  трагедий (V в. до христ. эры,): основной аттический диалект в хоровых частях  имеет небольшую дорическую примесь, в рассказах эпического характера появляются  элементы гомеровского языка, в диалоге, написанном ямбами, попадаются ионизмы,  в силу того, что ямбическая поэзия возникла у ионийцев. Несколько искусственный  характер языка греческой трагедии вполне гармонировал с высоким стилем  трагедии, вышедшей из религиозной сферы.

Но в истории трагедии замечается  постепенное снижение языкового стиля. Величавый, даже превосходящий своей  возвышенностью нормы трагического стиля, временами несколько темный язык в  трагедии глубоко религиозного аристократа Эсхила — у младшего из трех трагиков,  демократа Еврипида, отразившего в своих трагедиях современную ему политическую  борьбу, сменяется языком, часто близким к языку обыденной жизни (особенно в  диалоге). Язык комедии V—IV веков до христианской эры, воспроизводивший  повседневную разговорную речь, естественно, был чужд всякой диалектической  искусственности; это — чисто аттический диалект.

Проза,  возникшая у ионян, сначала сохраняла ионийский диалект. Однако в V в. до христ.  эры, благодаря расширению афинских торговых рынков и культурному влиянию Афин,  аттический диалект начинает делаться господствующим и становится постепенно  обязательным языком прозы. Языковый стиль художественной прозы вырабатывался  параллельно с языком поэзии. Уже при своем возникновении проза греков (как и  других народов) была тесно связана с поэтическим языком. И впоследствии  поэтизмы (поэтические слова, метафоры и пр.), несколько повышая стиль речи,  были одним из ее элементов.

Далее, связь прозы с поэзией проявлялась у греков  также в том, что и в прозе,             особенно  ораторской, наблюдалась известная мерность, ритмичность речи, придававшая ей  особую музыкальность. Эта ритмичность наличествует во всякой, даже  импровизированной, повышенной ораторской речи: она достигалась таким  расположением слов, что образовывались части стиха, особенно перед паузой, т.  к. эти «клаузулы» (заключения) всегда оставляли более сильное звуковое  впечатление. Ритмичность была связана со всей речевой композицией. Часто к  этому присоединялась одинаковая звучность членов, полный параллелизм в  расстановке слов, иногда поставленных антитетически, и наличие рифмы. Такая  структура была выработана греческой народной речью и в разной степени  проявлялась у ораторов и у других прозаиков. В V в. до христианской эры она  особенно ярко была воспроизведена в речах софиста Горгия, сконцентрировавшего  во вкусе афинян все выработанные народной речью средства благозвучия. Эта речь  построена на маленьких, близких по звучности и ритму членах, как бы стишках.

В  противоположность прерывистой речи Горгия развивалась периодическая речь,  достигшая своего апогея в IV в. в произведениях публициста Исократа и оказавшая  влияние даже на стиль римских ораторов. К концу IV в. до христианской эры, с  началом эпохи упадка, в связи со всем стилем искусства этого времени, вычурным,  бьющим на внешний эффект, создается стиль цветистый, изнеженный, с погоней за  многочисленными украшениями в духе Горгия: вместо периода — отдельные короткие  члены. Но если в этом стиле еще замечалась аттическая отточенность, то она была  совершенно утрачена в «азианском» (азиатском) стиле. Он выработался в Малой  Азии в III в. до христианской эры, в эпоху развития торгового капитала, в  обстановке роскоши и восточной изнеженности, среди малоазиатских греков,  склонных к страстности и патетичности; отсюда — чрезмерная витиеватость языка и  пустая ходульность. Это — язык дифирамба, с обилием поэтических слов,  новообразований, смелыми метафорами, вставкой лишних слов для ритма и т. д.  «Азианизм» делается стилем также и романа II—IV вв. христианской эры, вполне  отвечая фантастике, лежавшей в основе этого жанра, и оказывает влияние на  римское красноречие и на римскую художественную, особенно «африканскую», прозу («Апулей»).

Политическое объединение Греции при Александре Великом привело постепенно к  полной нивелировке диалектов. Образовался один общегреческий язык «койне»  («общий» язык); в его основу лег (с некоторыми примесями) еще ранее  распространившийся диалект аттический. «Общий» язык был языком всей  эллинистической эпохи. Но александрийские поэты, несмотря на образование «койне»,  при искусственном романтическом воскрешении старинных литературных жанров  старались восстановить и диалект данного жанра. Язык этой поэзии, в связи             с  господством академизма в стиле, характеризуется искусственностью, педантичной  отделкой фразы, введением ученых слов (особенно у второстепенных поэтов).

Еще в  эпоху Августа, вследствие некоторого изменения аттического диалекта, составлявшего  основу «общего» языка, при сильной романтической тяге к старине, многие  писатели старались писать чистым древнеаттическим языком. Этот «аттицизм»  проявлялся не только в области грамматики, но как реакция против «азианизма» и  в языковом стиле, причем «аттицизм» в стиле не у всякого автора совпадал с «аттицизмом»  в грамматике. От литературного «общего» языка и языка образованных классов  отличался «общий» язык необразованной массы, сохранивший больше местных  примесей и позже утративший многие диалектические формы. «Койне» переходит в  византийскую эпоху. Древнегреческий язык, как часть культурного наследия  греков, влил массу слов (часто в латинизированной форме) в новые языки, в том  числе и в русский (многие научные термины).

Древнегреческий алфавитГРАФИКА. Древнегреческий  алфавит заключает 24 знака. Формы букв сильно варьировались в зависимости от  местности и манеры писца.

Для звука  «в» первоначально употреблялась «дигамма» [F] — двойная гамма, потом  изчезнувшая из употребления. Направление  письма  обычное — слева направо, лишь в глубокой древности — справа налево.

Библиография: Общее понятие о древнегреч. яз.: Hoffmann O.,  Geschichte der griech. Sprache, Lpz., 1911; Thumb, Handbuch der griech. Dialekte,  1912; Streitberg, Geschichte d. indo-germ. Sprachwissenschaft; Wackernagel Fr., Die griechische Sprache, Lpz., 1912; Debrunner A.,  Griechische Wortbildungslehre, Hdlbr., 1917; Meillet A., Geschichte  der griechischen Sprache, Hdlbr., 1920; Sturtevant E. H., The  pronunciation of Greek and Latin, Chicago, 1920; Pernot H., D’Homère à  nos jours, Histoire, écriture, prononciation du Grec, 1921; Bechtel F., Die griechischen Dialekte, Berlin, 1921; Hermann E., Silbenbildung  im griechischen und in den anderen indo-germanischen Sprachen, Göttingen, 1923; Carnoy A. J., Manuel de linguistique grecque. Les sons, les formes, le style, Louvain, 1924. Об яз.  разных лит-ых жанров: Круазе А. и М., История греческой литературы,  П., 1916. История стиля: Norden Ed., Die antike Kunstprosa, I—II,  Lpz. — Berlin, 1909.

С. Лопашов
Источник

, , , , ,

Пока нет комментариев.

Добавить комментарий